Новости   Библиотека   Ссылки   Карта сайта   О сайте  
предыдущая главасодержаниеследующая глава

Павлиний глаз

Весь угол небольшой низкой с крохотными оконцами комнаты занимает печь. И какая! Облицованная зелеными глазурованными изразцами, стоит она такая нарядная. Печь эта словно книга с картинками: есть здесь текст, есть иллюстрации. Изображения выпуклые, рельефные, так и хочется потрогать их руками.

Вот перед нами всадник на коне, а рядом мы видим дивный город с множеством церковных глав, теремов и башен. На другом изразце изображен штурм крепости: воины по лестнице взбираются на ее стены, пушки готовы к бою. Встречаются изразцы с борцами, с китоврасами - так на Руси называли кентавра. Почти все сюжеты на военные или исторические темы. Они снабжены поясняющими надписями.

Эта печь находится в филиале Государственного Исторического музея - в палатах XVI-XVII веков в Зарядье. Подобные печи имелись во всех боярских домах того времени. Осматривая их, дивишься фантазии старинных умельцев, их необыкновенному искусству. По изразцам можно было даже неграмотным изучать историю и постигать мир прекрасного. Вот изображено войско Александра Македонского, а на соседнем изразце неведомые звери и райские птицы. Любили в древности изображать птицу, клюющую виноград, коня, хвост которого изгибается вверх наподобие пушистого кошачьего, барса под пальмой, похожей на цветок. Чтобы картинка была понята однозначно, ее нередко сопровождали текстом. Под лающей собакой, например, выводили слова: "Сторож мой верной". А тут мы видим человека с граблями и тут же пояснение: "Иду на работу". Под зайцем надпись: "В бегании смел", а бывает и просто указано, что на картинке не кто иной, как "верблюд" или "птица цапля ходит по траве".

Все это богатое декоративное убранство сработано из глины. Из нее, как мы уже знаем, получают самые разнообразные строительные и отделочные материалы. Среди них облицовочные плитки и изразцы. Считают, что слово "изразец" происходит от слова "образец". Возможно, от того, что с одной формы, одного образца изготовлялась партия одинаковых изделий. Возможно, слово родилось не столько от технологии производства, сколько от эстетического назначения изразца. В старину говорили "образить" - значит украсить, придать красивый вид чему-либо. И действительно, глиняные изразцы предназначались для украшения печей и зданий.

Изразец по форме напоминает открытую коробку, на лицевой стороне которой имеется рельефное или рисованное изображение. Рельеф оттискивали на сыром изделии при помощи резной доски-образца. Бортиками коробки, которые называют румпой, изразец крепился в кирпичной кладке. Именно румпа отличает изразец от керамической облицовочной плитки.

История архитектурной керамики насчитывает около трех тысячелетий. Родиной плиток из обожженной глины, покрытых глазурью, считают страны Древнего Востока. Производство их на Руси началось со строительством первых христианских храмов Киева. Вблизи Десятинной церкви, на месте княжеского дворца, археологи обнаружили глазурованные керамические плитки, которые использовались в отделке княжеских строений. В Боголюбове близ Владимира в XII столетии полы княжеского дворца также были выложены керамическими плитками желтовато-коричневого цвета. Находили подобные плитки и в других городах.

Углич. Палаты царевича Дмитрия
Углич. Палаты царевича Дмитрия

А дальше на протяжении нескольких столетий об искусстве строительной керамики забыли. Оно возрождается только в XV веке. Первое время выделывали печные изразцы и архитектурные керамические плитки без глазури или, как чаще говорили, без поливы. По цвету изделий их называли терракотовыми.

Рельефный рисунок плиток и изразцов имитировал резьбу по белому камню. После обжига красные изделия белили известью, чтобы они не выделялись на фоне белокаменных стен. Поскольку от дождей побелка смывалась, ее приходилось время от времени обновлять. Постепенно выпуклый рисунок начинал сглаживаться, так как известь забивала все углубления рисунка. Мастера, делавшие изразцы, нашли выход из положения.

Монументальное керамическое панно 'Георгий Победоносец'. Дмитров. XVI в.
Монументальное керамическое панно 'Георгий Победоносец'. Дмитров. XVI в.

Они придумали наносить на лицевую сторону изделия слой светложгущейся глины и уже на этой поверхности оттискивали узор. После обжига поверхность изразца получалась почти белой.

Керамические пояса-фризы на таких памятниках архитектуры, как княжеский дворец в Угличе, Духовская церковь в Сергиевом посаде, Воскресенский собор в Волоколамске, трудно отличить от резных белокаменных. Применением изразцов вместо резного камня древние зодчие решали проблему удешевления и сокращения сроков строительства. Правда, оттиснутые в одной форме фризы получались более "сухими". И это вполне объяснимо - все детали, составляющие узор фриза, абсолютно одинаковы. А рука резчика никогда не давала совершенно одинаковых линий, отсюда и живость, сочность ручной работы.

Постепенно изразцы становятся самостоятельным видом искусства. Они больше не маскируются под естественный белый камень, а начинают выявлять фактуру и возможности своего материала - глины. Появляются изразцы, покрытые поливой коричневых, желтых и зеленых оттенков. Поливные, или глазурованные, изразцы не пропускали дыма, что особенно важно при облицовке печей. Они не требовали побелки и легко очищались от грязи простым мытьем. К тому же блестящие изразцы не только декоративны, но и долговечны.

Особого расцвета производство изразцов достигло в 60-х годах XVII века. Оно связано со строительством патриархом Руси Никоном Воскресенского Новоиерусалимского монастыря под Москвой. Церковный владыка решил создать на реке Истре новый центр православия, переместить его из Палестины в Россию. Он задумал повторить в камне основные иерусалимские постройки, облицованные цветными мраморами. Но в России еще не добывали свой мрамор, и тогда у Никона возникла идея заменить дорогостоящий привозной мрамор цветной поливной керамикой. Такого примера не знали ни в России, ни в Западной Европе.

Производство изразцов было организовано на месте. Никон из разных мест собрал в созданной им мастерской лучших керамистов. Среди них были Степан Иванович Полубес, Игнатий Максимов, Петр Иванович Заборский. По всей видимости, возглавлял мастерскую П. Заборский. Он известен как золотых, серебряных, медных, ценинных дел изрядный мастер. Прибыл Заборский из Вильнюса.

Игнатий Максимов - белорус, его Никон вывез из городка Копыся еще в 50-е годы и поселил в Иверском монастыре на Валдае. Там Игнатий начал производство первых в России многоцветных, полихромных, изразцов.

Степана Полубеса в 1654 году привез из Мстиславля князь Трубецкой.

Изготовление изразцов было делом мудреным. Требовалось много знать и уметь: какую взять глину, как ее подготовить, как выбрать и нанести узор, как приготовить глазурь, чтобы цвета оставались чистыми и яркими. Мастер был одновременно художником, ремесленником-гончаром и химиком-технологом. В те времена говорили "ценинных дел мастером". Ценина происходит от немецкого слова и означает олово, которое было одним из главных компонентов всякой и особенно эмалевой поливы. Отсюда и ценинные, или поливные, изразцы, и ценинных дел мастера, и ценинные мастерские.

Если в XVI столетии умели делать лишь одноцветные глазурованные изразцы, то в XVII веке в Новом Иерусалиме стали выделывать неизвестные у нас ранее пятицветные. Вместо прозрачной глазури зеленого цвета мастера Никона использовали глухие эмали белого, желтого, синего и зелено-бирюзового цветов. Пятый коричневато-красный цвет давала на красном глиняном черепке прозрачная желтоватая глазурь.

Поливу готовили по специальным рецептам. Вот один из них: "Как изрядную белую поливу для изразцов делать. Возьми 8 фунтов свинцового пеплу да 4 ф. оловянного пеплу, к которым примешай 6 ф. намелко истертого веницейского стекла, да две горсти простой соли, а после все оные вещи стопи вместе. Или: возьми 5 ф. свинцу, 1 ф. олова, 3 ф. самого чистого песку или голышей, да 3 ф. соли"*.

* (Цит. по кн.: Десятников В. А. Иосифо-Волоколамский монастырь. - М., 1973. - С. 16.)

Чтобы полива не растекалась и не смешивалась, края рельефного узора изразца несколько приподнимались, образуя своеобразные ванночки. Особая сложность состояла в том, что до окончания обжига нельзя было точно сказать, какой оттенок цвета получится. Чуть-чуть колебался тепловой режим, и оттенок цвета уже иной.

Не случайно изразцы ценились очень высоко. За один изразец в XVII веке платили столько же, сколько за полпуда соли. За один изразец можно было получить также одного жирного гуся или тысячу огурцов в августе. Десять изразцов равнялись стоимости пуда масла, а в денежном выражении это было 1 рубль. Несмотря на высокую стоимость, изразцы на несколько десятилетий в XVII веке станут неотъемлемой частью наружного украшения монументальных зданий.

Наряду с плоскими изразцами для облицовки гладких поверхностей в мастерской Нового Иерусалима выделывали объемные профилированные детали: части карнизов, балясин, колонн, порталов, наличников, иконостасов. Около 60 видов различных изразцов применено было для украшения построек монастыря.

Здесь же производили изразцы, представлявшие собой отдельные части больших орнаментальных композиций. Каждый изразец в отдельности не имел самостоятельного замкнутого рисунка, собранные же вместе несколько изразцов давали один законченный орнамент. Таков узор, названный "павлиньим глазом". Он состоит из 18 изразцов размером 32X24 сантиметра. Удивительной красоты фриз "павлиний глаз", напоминающий око на пере павлина, впоследствии будет выполняться в пяти цветовых вариантах и украсит не только собор Новоиерусалимского монастыря, но и некоторые здания Москвы и Подмосковья.

Изразцы в Новом Иерусалиме блестели на барабанах глав, поясами они охватили стены собора, окна обрамляли наличники из объемных изразцов. Цветная поливная черепица покрывала огромный каменный шатер над ротондой храма. В интерьерах изразцы обрамляли порталы и окна, из изразцов были выполнены семь уникальных трехъярусных иконостасов. Фантастические изображения трав и цветов, головки ангелов, львиные маски, озаренные огнями сотен свечей, переливаясь синими, желтыми, зелеными и красными тонами, создавали дивную, завораживающую картину. Многие тысячи полихромных изразцов превратили величественные сооружения на берегу Истры в сверкающее, радужное чудо.

Сегодня мы не найдем былого великолепия и "парада" изразцов на зданиях ансамбля. Его судьба была трагичной. Центром православия стать ему не довелось, и строительство комплекса затянулось на долгие годы. Спустя четверть века после окончания строительства, в 1727 году без всякой видимой причины рухнул каменный шатер над ротондой. Через 3 года случился пожар, что еще больше повредило все внутреннее убранство. 20 лет ротонда простояла без покрытия.

В середине XVIII века по проекту архитектора В. Растрелли московский зодчий К. Бланк восстановил собор. По сути дела, было создано новое произведение архитектуры в модном тогда стиле барокко. Здесь было обилие лепнины: капители колонн, наличники с орнаментами, пилястры, волюты, картуши - все выполнено из алебастра. Сочетание белых и ярко-синих цветов, а также позолоты и росписей придали интерьерам исключительную торжественность. В новое декоративное обрамление кое-где были включены изразцовые элементы первоначальной отделки стен.

Зимой 1941 года Новоиерусалимский монастырь был варварски разрушен гитлеровцами. Груды развалин громоздились на месте великолепных зданий и башен, в мелкие осколки превратились тысячи цветных изразцов. Сейчас трудно даже представить себе эту страшную картину.

После войны в монастыре начались реставрационные работы. В основном восстановление ансамбля закончено, но, к большому сожалению, старинных изразцов сохранилось не так уж много.

А в XVII веке после работ в Новоиерусалимском монастыре мастеров-керамистов перевели в Оружейную палату Московского Кремля. Среди ценинных дел мастеров особенно выделялся своим талантом Степан Полубес. Его приглашали выполнять самые почетные заказы. Он готовил "ценинное узорочье" - "павлиний глаз" для церкви Григория Неокесарийского на Большой Полянке, для Иосифо-Волоколамского монастыря, для собора царской вотчины в Измайлове. Изразцы его работы украшали и многие другие здания. Помимо обычных печных и архитектурных изразцов, Степан Полубес изготовил для церкви Успения в Гончарной слободе Москвы полутораметровые горельефы четырех евангелистов, обликом напоминающих скорее простых русских мужиков, нежели святых. Эти керамические изображения были установлены на барабане церковной главы. За решение такой сложной задачи в то время никто, кроме Степана Полубеса, не брался.

Он считался еще и непревзойденным колористом.

Керамические барельефы на церкви Успения в Гончарах. Москва
Керамические барельефы на церкви Успения в Гончарах. Москва

Его изделия отличали яркие, сочные цвета в смелых и неожиданных комбинациях. Очевидно, прозвище Полубес отражало восхищение и удивление, вызванное работами этого мастера. Будто и не человек создавал блестящую сказку из глины, а некий веселый и озорной "полубес".

 Ах, отчаянный гончар, 
 Полубес, 
 чем глазурный начинял
 голубец? 

 ...Затуманила слеза,
 соль веков,
 изумрудные глаза
 изразцов...

(А. Вознесенский. "Мастера")

В те же годы в Гончарной слободе жили и работали замечательные керамисты отец и сын Осип и Иван Старцевы. В 1693-1694 годы они создали иное диво из поливных изразцов. На крутом берегу Москвы-реки стоит сказочный городок. Он носит название Крутицкого подворья. Здесь все, как во многих монастырских ансамблях: и высокая стройная церковь с открытой галереей-гульбищем, и дом митрополита, и другие постройки. Но вот чего нет нигде, так это надвратного теремка. Над проездными воротами красуется совсем небольшой домик. Он словно одет в нарядную изразцовую рубашку. Изразцы сплошь покрывают стены - так что не видно кирпичной кладки. 1170 больших изразцов пошло в дело. Многоцветные, но с преобладанием зеленого, с рельефным растительным орнаментом, они, как драгоценные камни, переливаются на солнце и вызывают восхищение своим совершенством.

В XVII-XVIII веках изразцы производились не только в Москве, но и в Ярославле, Вологде, Великом Устюге и других городах. Ярославские мастера даже соперничали с московскими. Они создали свою цветовую гамму и первыми стали использовать глазурованный кирпич в облицовке зданий.

Во времена Петра I изразцы очень редко применяли в наружном декоре. В основном они шли на облицовку печей. В моду вошли гладкие белые с синей краской и традиционные пятицветные, но с рисованным узором изразцы. Во время путешествия царя за границу на него большое впечатление произвели голландские керамические плитки с синей росписью. Петр решил наладить их производство в России. Мастерскую возобновили все там же, в монастыре на Истре. Изготовлением "кафлей", гладких расписных изразцов "с синими травами", занялись два шведа - Ян Флегнер и Кристан.

Вслед за ними печные изразцы начали выделывать более десятка гончарных заводов - Афанасия Гребенщикова, Петра Русинова, Афанасия Чапочкина и других гончаров-предпринимателей. Спрос на их продукцию был большой. Изразцов и кафельных облицовочных плиток требовалось много, поскольку отопление оставалось печным, а лучшей облицовки для печей, чем изразцы, не придумали.

О применении изразцов в архитектуре вспомнили только во второй половине XIX столетия. Тогда значительный вклад в это искусство внес замечательный художник М. А. Врубель. В подмосковном имении крупного промышленника и мецената С. И. Мамонтова Абрамцеве собирались лучшие художники того времени: В. Васнецов, В. Серов, К. Коровин, А. Головин, М. Врубель и др. Решив найти утраченные секреты изготовления старинных русских изразцов, они построили в усадьбе обжиговую печь, и начались эксперименты. Сначала художники в абрамцевской мастерской робко повторили одноцветную поливу, затем воссоздали многоцветный изразец. Это позволило Врубелю сделать следующий шаг в развитии керамического искусства. Михаил Александрович создает покрытую глазурью майоликовую скульптуру. Это и голова львицы, и аллегорическое изображение весны, и легендарный Садко, и много других скульптур. Разноцветные майолики Врубеля поражают неожиданностью формы и богатством цвета. Они горят и переливаются красками, словно самоцветы.

Врубелем были созданы майоликовые камины на темы русских былин, изразцовые печи, садовая скамья и огромное керамическое панно "Принцесса Грёза", которое и сегодня украшает фронтон фасада гостиницы "Метрополь".

Драматическая легенда о принцессе Грёзе - рассказ о том, что созерцание ее красоты покупается ценой жизни. Мореходы во имя принцессы Грёзы преодолевают все препятствия, переживая опаснейшие приключения. На панно Врубель изобразил корабль, несущийся по волнам, и красавицу, склонившуюся над умирающим юношей.

Первоначально художник написал это панно на холсте. Оно предназначалось для Нижегородской всероссийской выставки, но заказчики забраковали работу. И уж потом, спустя несколько лет, Врубель вместе с Головиным перевели панно в керамику.

В конце XIX - начале XX века появляется заметный интерес к архитектуре прошлого. Здания, вполне современные конструктивно, украшали под старину, "одевая" их в керамический обливной наряд. Такой дом, облицованный поливной плиткой, стоит недалеко от бассейна "Москва" на Кропоткинской набережной. Красно-кирпичные стены здания с острыми высокими фронтонами обильно расцвечены керамическими декоративными панно работы художника С. Малютина.

Много радости доставляет нам древнее ремесло и искусство. Не потускнели краски, свежи и самобытны сюжеты, нарядны здания, украшенные изразцами и блестящими плитками. Но случается иногда увидеть зияющую пустоту на месте, где следовало бы находиться изразцу. Отчего это? Может быть, время сделало свое дело? Возможно. Но все-таки здесь больше нашей вины, чем времени. Как часто мы - любители старины, хотим унести на память не только воспоминания, но и что-то материальное из полюбившихся нам мест. И вот "любители" пытаются прихватить целый изразец, не зная того, что из этой кощунственной затеи все равно ничего не получится. Изразец - не плитка, его не отколупнешь от стены. Его можно разбить на мелкие кусочки, но никогда не вынуть целым. Вот и остаются на памятниках архитектуры зловещие раны, нанесенные безжалостной рукой потомка древних мастеров.

Сегодня мы стараемся залатать те дыры, что появились в результате варварского отношения к памятникам истории и архитектуры. Специалисты-реставраторы во многом разгадали секреты старых мастеров и производят теперь изразцы такими, что их не отличить от древних. Особенной известностью пользуются мастера Ярославских научно-реставрационных мастерских. Именно они изготовили зеленые, словно трава-мурава, и полихромные изразцы для печей, что стоят в боярских палатах, с которых мы начали разговор.

И в современной архитектуре облицовочная керамика - глазурованные и неглазурованные плитки для отделки фасадов и интерьеров зданий, плитки для полов - благодаря высоким эксплуатационным и декоративным свойствам является едва ли не самым распространенным отделочным материалом.

Многие предприятия по изготовлению керамических изделий освоили автоматизированный выпуск глазурованной и неглазурованной фасадной плитки всевозможных размеров и цветов. Плитки выпускают гладкими и рельефными. Ими облицовывают наружные стены каменных зданий, их наносят на железобетонные стеновые панели и блоки, ими отделывают лоджии, вставки, пояски, фризы, обрамления окон и дверей.

Облицовочная керамическая плитка находит широкое применение в облицовке кухонь и санузлов в жилых зданиях, детских садах, школах, на предприятиях общественного питания и торговли, в банях, медицинских учреждениях, некоторых промышленных зданиях - словом, везде, где требуется поддерживать идеальную чистоту, а также в помещениях с повышенной влажностью. В них из керамических плиток настилают также и полы. В обиходе плитки для полов называют "метлахскими" (от немецкого города Метлах, где еще в средние века было налажено их массовое производство). Они устойчивы к истирающим воздействиям, огнестойки и долговечны. Их выпускают гладкими и рельефными, глазурованными и неглазурованными, одноцветными и многоцветными. Есть плитки, по расцветке напоминающие мрамор, есть плитки, которые набранные вместе составляют ковровые узоры, есть плитки с рисунком.

Итак, от киевских поливных плиток через сложнейшие изразцы мы снова пришли к керамической плитке. Однако круг не замкнулся, архитектурная керамика наших дней развивается на качественно новой основе. Развитие крупнопанельного домостроения потребовало массового выпуска красивых и долговечных облицовочных материалов, которые обеспечили бы возможность отделки стеновых панелей в процессе изготовления сборных элементов. И глиняные плитки сегодня хорошо справляются с этой задачей.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Пользовательского поиска



© Злыгостев Алексей Сергеевич подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://townevolution.ru/ "TownEvolution: История архитектуры и градостоительства"