Новости   Библиотека   Ссылки   Карта сайта   О сайте  


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Узоры из каменных кружев

Одно из древнейших гражданских строений Москвы - Грановитая палата в Кремле.

Это двухэтажное, с огромным квадратным залом здание предназначалось для различных торжественных церемоний. Здесь принимали иноземных гостей, заседали земские соборы, отмечались победы русских войск. Грановитая палата была построена в 1487-1491 годах из кирпича, но главный ее фасад по традиции облицевали белыми, отесанными на четыре грани блоками. Отсюда и название палаты - Грановитая. Такие граненые камни позднее назовут "бриллиантовым рустом", а современники о нем сказали: "грани аки чешуя".

В одной старой книге мне встретилась фраза о том, что русские зодчие заставили камни петь. И я подумала, что эти слова в значительной мере относятся к известняку. В мелодии архитектурной песни белокаменный узор зданий всегда звучал мажорно. Из белого камня вытесывали валики для обрамления кокошников, шары-бусины, дыньки, балясины, столбики для наличников, колонны и другие детали. Это пиршество белого декора на фоне краснокирпичных стен создавало радостное, приподнято-праздничное настроение.

Грановитая палата. 1487-1491 гг.
Грановитая палата. 1487-1491 гг.

В Москве, неподалеку от Чистых прудов, за почтамтом, в тесном переулке привлекает внимание исключительным декоративным убранством так называемая Меншикова башня. На самом деле это не башня, а ярусная церковь, напоминающая башню. Она украшена гирляндами цветов и плодов, головки ангелов улыбаются нам со стен. Изящные витые колонны и мощные волюты главного фасада поражают своей необычностью. Все тщательнейшим образом вытесано из белого известняка.

Сподвижник и любимец Петра I Александр Данилович Меншиков, этот "счастья баловень безродный", как сказал о нем поэт, поручил в 1701 году архитектору И. П. Зарудному построить в своей усадьбе каменный храм во имя Архангела Гавриила. Легенда объясняет: "святейший князь", "полудержавный властелин" пожелал иметь собственный храм выше колокольни Ивана Великого.

Декор церкви Знамения в Дубровицах. Москва
Декор церкви Знамения в Дубровицах. Москва

Иван Зарудный прекрасно справился с заданием. Деревянный шпиль каменной башни вознесся в небо на полторы сажени выше, чем кремлевский столп, и достигал 83 метров. Эффект был поразительным: башня с ее четким силуэтом, легкая, стройная, будто вонзалась в небо и царила над невысокой тогда застройкой города. На башне были установлены английские часы и подвешены пятьдесят колоколов. Часы отбивали каждый час и четверти часа, а в 12 часов начиналась колокольная музыка и продолжалась полчаса. Мелодия та звучала даже в отдаленных уголках Москвы.

Палаты Троекурова в Москве
Палаты Троекурова в Москве

В 1723 году, 14 июня, в два часа пополудни "наступила великая туча с зелным вихром и испустила из себя со страшным громом перун" (молнию. - Л. Д.)*, который угодил прямо в шпиль башни. Пожар причинил большой ущерб. Сгорело завершение церкви, пропали часы, разрушились каменные своды. Много лет прошло, пока башню починили, но она так и осталась без устремленного в небеса шпиля. Такой мы видим ее и сегодня.

* (Цит. по кн.: Русское искусство XVIII века. - М., 1973. - С. 27.)

Есть в Москве, возле стадиона "Динамо", яркий нарядный архитектурный ансамбль. В нем размещается Военно-воздушная инженерная академия имени Н. Е. Жуковского, которую в свое время закончил первый космонавт Земли Юрий Гагарин. Великолепный ансамбль сооружен 200 лет назад талантливым зодчим М. Ф. Казаковым как путевой дворец для отдыха императрицы Екатерины II перед въездом в первопрестольную столицу. Архитектор по традиции широко использовал в отделке всех строений белый известняк. На фоне красных стен отчетливо выделяются детали: кружевные узоры арок, наличников, ворот, башен, выполненные из мягкого белого камня.

В том же XVIII веке был построен в Москве акведук, облицованый известняком, аркада акведука видна на пересечении проспекта Мира с рекой Яузой. Уже тогда Москва ощущала недостаток в хорошей питьевой воде, москворецкая и яузская вода была загрязнена стоками нечистот, а колодцы не могли напоить большой город. Недалеко от столицы, в Мытищах, обнаружили отличную ключевую воду, ее-то и решено было подавать в Москву. В Мытищах соорудили 28 специальных бассейнов для сбора воды. Из них она по глиняным трубам самотеком по закрытой галерее поступала в город. Для поддержания галереи при переходе через Яузу выстроили мост для водопровода - акведук. Он выведен на 21 арке. Длина его 356 метров. Первоначально высота арок доходила до 20 метров, теперь из-за наносных земель высота значительно меньше. Кирпичный акведук, облицованный белым камнем, был самым большим в России каменным мостом того времени. На его строительство, которое завершилось в 1785 году, была отпущена огромная сумма денег, ежегодно на работах по сооружению водопровода трудились 300-400 солдат. За деньги, вложенные в строительство, и большой труд акведук в народе прозвали "миллионным мостом".

Меншикова башня. Начало XVIII в. Москва
Меншикова башня. Начало XVIII в. Москва

Мячковский известняк использовали в своих строениях такие выдающиеся архитекторы, как В. И. Баженов, М. Ф. Казаков, Д. И. Жилярди, А. Г. Григорьев и др. Им облицованы цокольные этажи и колонны многих домов Москвы периода русского классицизма. Белый камень мы встретим на главном фасаде и пилонах ворот старого здания Московского университета, на здании Опекунского совета (ныне здание президиума Академии медицинских наук СССР), доме Пашкова, в котором сегодня размещается главная библиотека страны. Мячковским камнем облицован портик Большого театра.

Колонны небольшого диаметра из известняка обычно возводили целиком из блоков цилиндрического сечения. Но если колонна несла большую нагрузку и должна быть толще полуметра, тогда вытесывали дугообразные блоки и "связывали" их тонким слоем известкового раствора, а образовавшееся внутреннее пространство заполняли бутом и заливали раствором, именно так сделаны колонны Большого театра. Иногда сначала возводили тонкий кирпичный столб и затем облицовывали его камнем.

После пожара Москвы в 1812 году перед зодчими и строителями встала задача быстро восстановить разрушенный город, вернуть ему былую красоту. Тогда-то стали добывать и использовать в строительстве известняк из камейоломен у Дорогомилова, на Пресне и в других местах современной городской территории. Но этот московский камень отличался твердостью и хрупкостью. Он плохо поддавался тёске и применяли его в основном для фундаментов и как бутовый камень.

Колокольня церкви Мартина Исповедника в Москве. Конец XVIII начало XIX в.
Колокольня церкви Мартина Исповедника в Москве. Конец XVIII начало XIX в.

В тяжелое время восстановления Москвы белый камень был доступен не всем, кто строил для себя жилье, и в моду вошло подражание белому камню. Фасады домов штукатурили и в нижней части рустовали под камень. Для этого по сырой штукатурке проводили бороздки, имитируя блоки известняка. Деревянные колонны и полуколонны также штукатурили и белили. Скромные по размерам особняки приобретали облик представительных белокаменных дворцов.

В XVIII-XIX веках известняк использовали не только в архитектуре, но и как скульптурный материал. В Москве скульптор И. П. Витали создал из него замечательные монументальные многофигурные композиции для зданий Опекунского совета, Сиротского института, Технического училища. Скульптура на фронтоне этого училища, ныне Технического университета имени Н. Э. Баумана, сохранилась до сих пор. В центре композиции помещена аллегорическая фигура богини ремесел, искусств и государственной мудрости - Минервы. Ее высота более четырех метров. Остальные фигуры высотой более двух с половиной метров олицетворяли Разум, Ремесла, Искусство, Просвещение. Длина всей скульптурной композиции 18 метров.

Петербургский скульптор Ф. Ф. Щедрин высек из известняка морских нимф, которые были установлены у главного входа в Адмиралтейство, львов на стрелке Елагина острова и много других декоративных скульптур. Знаменитые Ростральные колонны на стрелке Васильевского острова также украшены скульптурой из белого камня. С известняком работали И. П. Мартос, В. И. Демут-Малиновский, Ж. Б. Тибо, И. П. Прокофьев и другие скульпторы северной столицы.

Здание ТАСС. 1976 г. Москва
Здание ТАСС. 1976 г. Москва

В Петербурге известняк стали добывать с середины XVIII века. Это были прежде всего тосненский и путиловский известняки, которые ломаются слоями. Из них выделывали плиты различной величины и назначения: цокольные, ступенные, лещадные для кровель и др. Известны также шлиссельбургские известняки - из карьеров на реке Мге. Добывали известняк и в Пудожских карьерах у деревни Большая Пудость, в 8 километрах от Гатчины. Пудожский известняк отличался плотностью, что давало возможность работать с ним не только строителям, но и скульпторам.

Академический детский музыкальный театр. 1980 г.
Академический детский музыкальный театр. 1980 г.

Из пудожского камня в 1801-1811 годах выдающимся русским архитектором А. Воронихиным возведено прекрасное монументальное здание - Казанский собор. Он органически вошел в ансамбль главной магистрали Петербурга - Невского проспекта. Широко распахнутые дугообразные в плане колоннады собора состоят из четырех рядов колонн. Наружные колонны, балюстрада, капители и орнаменты выполнены из пудожского камня. Внутренние колонны высечены из финляндского гранита, причем каждая изготовлена из монолитного куска. Стены собора выложены из кирпича и облицованы пудожским известняком, а затем, чтобы предохранить их от выветривания, были затерты тонким слоем алебастра, окрашенного известковой краской под основной цвет натурального камня.

С 40-х годов XIX столетия на некоторое время белый камень был забыт, на строительный рынок хлынули цветные граниты, мраморы и другие породы камня. Но любовь к замечательному известняку восторжествовала, он снова вернулся на стройки.

Возрождение белокаменного архитектурного облика Москвы началось сравнительно недавно. Известняки стали применять для внутренней и наружной отделки важнейших сооружений. В 30-е годы известняк использовали при строительстве здания Госплана, в конце 40-х - начале 50-х годов - на высотных зданиях столицы. Начиная с 60-х годов интерес к белому известняку еще возрос.

Уже в XIX столетии в Москве стали употреблять не только мячковский камень, но и известняки других месторождений, более удаленных от города: Коробчеевского, с берегов Оки неподалеку от Коломны, Тарусского, Подольского, Шамординского в Калужской области. Многие уникальные сооружения столицы последних лет облицованы привозным крымским известняком. В их числе гостиница "Россия", здания ТАСС, издательств "Известия" и "Правда", Всесоюзный телекомплекс. Известняки широко использовались при строительстве олимпийских объектов. Одетые в светлый наряд, все эти здания и ансамбли имеют праздничный, торжественный вид, смотрятся монументально.

Внешняя облицовка к тому же повышает сохранность и долговечность строений. Стены при этом можно не ремонтировать десятилетиями. Погодоустойчивость камня имеет очень большое значение при облицовке зданий. Ее определяют в специальных холодильниках путем многократного замораживания и оттаивания горной породы.

В XVIII веке, когда не было специальных морозильных камер для испытания камня, "Краткое руководство к гражданской архитектуре" рекомендовало выдерживать известняк несколько зимних месяцев на воздухе. Если поверхность камня не растрескается, значит, он годится к употреблению. Рекомендовалось также погрузить камни на два-три дня в воду. Если вес увеличивался незначительно, то они считались пригодными для строения. Не принимались камни, которые от стужи "потеют", потому что от них стены мокнут и "людям весьма вредно". Испытывали известняк и в огне. Если камень не распадался на части и в известь не превращался, то шел для кладки стен. И, наконец, испытание на прочность ударом*молота. Камень должен издавать "звон высокий" и на слои не разлетаться.

Мы привыкли говорить, что камни вечны. Из них воздвигают памятники и строят города. Однако минералы, из которых состоят камни, устойчивы лишь при определенных температурах, давлении, составе окружающей среды. С изменением условий изменяется камень, так как разрушаются его минералы.

Промышленные предприятия, тепловые электростанции, автомобильный транспорт городов выбрасывают в атмосферу различные химические вещества, губительные для белокаменной кладки и скульптуры. Особенно страшны для известняка, да и для кирпича и всех других камней выбросы серы. Смешиваясь с углекислым газом воздуха и влагой, сера превращается в серную кислоту и тогда в виде кислых дождей, туманов и снега несет гибель памятникам. Кислые дожди, представляющие собой слабые растворы серной, сернистой, угольной, азотной кислот, задерживаясь на поверхностях стен, деталей зданий, разрушают стенки пор камня. Поверхность камня становится бугристой, а иногда и гладкой. Она темнеет, твердеет, образуется корочка, называемая пленкой выветривания. Толщина ее колеблется от 0,1 до 2, а иногда и более миллиметров. Химический состав пленки отличается от состава камня. В пленке содержатся чужеродные примеси, которые наносит дождь, снег, ветер. Состав их различен в зависимости от места нахождения здания. Вблизи промышленных предприятий больше сернокислых соединений. Там, где гуляют пыльные бураны,- больше кварца, глины.

До определенного момента такая гипсово-кварцево-кальцитовая пленка, или корочка, как бы защищает поверхность камня от дальнейшего разрушения. Но наступает время, когда загрязнение атмосферы усиливается. При воздействии серной кислоты углекислый кальций превращается в гипс, объем которого больше объема исходного углекислого кальция. В корочке в отдельных местах образуются каверны, или углубления, заполненные мучнистой массой гипса. Постепенно каверны сливаются, камень становится рыхлым, мучнистым. В иных местах от корочки отваливаются обломки. Памятникам грозит гибель, они срочно нуждаются в лечении.

Есть у камня и другие недруги. Часто во влажной среде на стенах появляются бурые, желтые, серые и черные пятна. Они образуются от появления на камне микроскопических лишаев. Развиваясь, они делают поверхность камня неровной и рыхлой.

Разрушают камень и мхи. Они действуют двояко: механически - расширяя трещины камня корнями, как клиньями, и химически - выделяя кислоты: щавелевую, гуминовую, углекислоту.

Еще строители древности заметили, что спасает жизнь известняка, кроме технических устройств по отводу дождя и снега, известковая обмазка. Тогда поверхность здания становится гладкой и влаге негде задерживаться, ей труднее выполнять свою коварную роль. Но обмазка применима не везде. Не станешь ведь замазывать резные узоры. В таких случаях использовали побелку известью. Время от времени эту процедуру приходилось повторять.

В Древнем Риме пользовались составом из снятого коровьего молока и извести. Этой полужидкой массой покрывали мрамор. Почти прозрачное покрытие легко удалить и нанести заново. Оно прекрасно защищало скульптуру от погодных влияний.

В России в XVIII веке для сохранения каменной кладки применяли специальные составы - фирнисы. Их готовили из смол, добываемых из стволов слив, вишен, можжевельника и других пород дерева. Покрытые фирнисами поверхности приобретали чрезвычайную прочность. На них не действовали ни жара, ни холод, ни огонь, ни сырость.

Есть еще один очень древний способ защиты камня. Им пользовались древние египтяне и греки для сохранения мрамора от разрушения. Они покрывали поверхности скульптур и архитектурных сооружений смесью горячего пчелиного воска с маслом. Такой способ консервации памятников называют ганозисом. Изделия, покрытые восковым лаком, прекрасно сохранились в течение многих столетий и блестят как новые. Технология и рецептура лака ганозиса были утрачены очень давно, и вот теперь советские художники, отец и дочь Василий Вениаминович и Татьяна Васильевна Хвостенко сумели восстановить их.

Пчелиный воск - основа ганозиса - пластичен, мягок, прочен и стоек, он не пропускает воду, не гниет, его химический состав не изменяется под действием температур, солнечной радиации. Он плотно приклеивается к поверхности и надежно защищает ее от вредных воздействий. Ганозисом можно покрывать любые памятники: из гранита, известняка, кирпича, железобетона и других материалов. Ганозис несложно приготовить, он дешев и экономичен в работе. На обработку одного квадратного метра поверхности мрамора требуется около 7 граммов ганозиса.

Несколько лет назад ганозисом покрыли гранитный постамент памятника М. Горькому на площади Белорусского вокзала, памятник хирургу Н. И. Пирогову и могилу Неизвестного солдата у Кремлевской стены.

Ученые считают, что ганозис является одним из самых перспективных защитных составов, который поможет на века сохранить памятники истории и культуры.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








© Злыгостев Алексей Сергеевич подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://townevolution.ru/ 'TownEvolution: История архитектуры и градостоительства'